Благодаря своей почти неприкосновенной банковской тайне Княжество Лихтенштейн на протяжении десятилетий было одним из основных пунктов назначения активов, которые должны быть скрыты от налогового и валютного законодательства стран их происхождения. Экономическая и финансовая система Лихтенштейна уже давно зависит от невероятных сумм, которые разместили инвесторы со всего мира в банках Княжества. Система Лихтенштейна, специализирующаяся на управлении активами, по прежнему привлекает богатых клиентов со всего мира.

Однако за последнее десятилетие международный финансовый мир и национальные налоговые системы полностью изменились. В результате Княжеству Лихтенштейн пришлось неохотно адаптировать свою правовую систему и внедрять международные стандарты (в целях большей прозрачности). По большей части, обмен финансовыми и налоговыми данными, а также процедуры FATCA и CRS.

Тем не менее, при более внимательном рассмотрении видно, что правовые нормы были реализованы «особым» образом. Например, юридическое лицо, такое как траст, может не может квалифицировать себя как «финансовое учреждение». Это позволяет самому юридическому лицу внедрять систему отчетности и управлять ею по своему усмотрению. Это также означает, что можно обойти стороной профессиональных финансовых посредников.

Эти структуры часто создавались иностранными учредителями, которые по (часто иллюзорным) причинам планирования преемственности передают Лихтенштейну большую часть своего имущества.

Лихтенштейн по-прежнему владеет значительными активами в трастах и ​​фондах, по разным оценкам совокупный объем капитала сосредоточенного в трастах Княжества превышает 3 триллиона долларов США

Понятно, что обмен финансовыми и налоговыми данными лишил Княжество Лихтенштейн «конкурентного преимущества». Вывод или сокращение трастов и фондов из Княжества Лихтенштейн вызвал отток капитала, более 50000 трастов в 2008 году и всего около 16000 оставшихся в конце 2016 года.

Это ощутимый рыночный спад для сектора управления активами, состоящего из попечителей, юридических фирм и банковской системы. Однако похоже, что возникшее в результате экономическое давление привело к тому, что тот или иной доверительный управляющий использовал вверенные ему активы в собственных целях.

Международные конвенции о частном праве, наследовании и доверительном управлении были официально введены в действие Законом от 19 сентября 1996 года (IPRG). Статьи 1–5 и 29–30 IPRG предусматривают прямое и «ex officio» применение законодательства Договаривающегося государства, в котором проживает учредитель траста или фонда. Хотя этот Закон действует с 1996 года, на самом деле он часто (почти систематически) игнорируется.

В случае возникновения конфликтов, связанных с законным учреждением трастов и фондов, суды Княжества Лихтенштейн часто не применяют принцип «ex-officio» правовых систем других государств, где проживает Учредитель. Возможная недействительность траста (из-за нарушения правил соответствующего компетентного государства-участника Гаагской конвенции о трастах 1985 г.) не рассматривается.

Защитные положения Законов о трастах других стран просто игнорируются. Вся местная банковская система, которая продолжает поддерживать отношения по текущему счету или управлению активами с (фактически недействительными) трастами и фондами, может, таким образом, продолжать уверенно зарабатывать деньги.

То же самое относится к попечителям, которые игнорируют или отказываются рассматривать вопрос о возможной недействительности траста. Недействительность траста (стоимость которого составляет миллионы) принесет пользу только наследникам по завещанию и часто соответствует действительной последней воле и завещанию Основателя. Однако местная экономика, состоящая из хорошо отлаженной машины, состоящей из попечителей, юридических фирм, финансовых консультантов и банков, будет дрожать из-за комиссионных и гонораров консультантов, так что на практике такие соображения возникают редко.

Что особенно примечательно (и это почти цинично), так это то, что в случае уголовного дела против Доверительного управляющего, который управляет трастом или частным фондом, бенефициары присвоенных активов фонда обычно не имеют статуса сторон. Поэтому у них нет элементарных прав на проверку. Эксперты из англо-саксонского правового поля здесь только качают головами.

Эти проблемы недопустимы не только с точки зрения международного частного права, но и с макроэкономической точки зрения. Легальные механизмы, ставшие автономными, незаконно лишают владельцев их активов (суммы иногда доходят до миллиардов долларов). Де-факто попечители «конфискуют» активы через трасты. В результате законные владельцы остаются в невыгодном положении.

Бруно Капоне

---

 

Для получения дополнительной консультации, а так же по вопросам: регистрации фонда или траста, обращайтесь к нашим консультантам, по телефонам указанным на сайте или оставьте заявку в форме внизу страницы